04 декабря Воскресенье8:15
Астана
°C
Текущий номер
№ 46 Пятница
25.11.2016 г.
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях
Спасибо, я уже в группе

Спартанское воспитание в балете

Спартанское воспитание в балете. В начале августа в Национальном театре Кореи сильнейшие танцоры со всего мира демонстрировали свое мастерство публике и компетентному жюри. И те и другие отметили, что выступления казахстанского артиста отличает не только высокопрофессиональное исполнение, но и виртуозная техника, какой среди участников его группы больше не было ни у кого. После серии гала-концертов Бахтияр наконец вернулся на родину. Фото: 7sunews.kz
В начале августа в Национальном театре Кореи сильнейшие танцоры со всего мира демонстрировали свое мастерство публике и компетентному жюри. И те и другие отметили, что выступления казахстанского артиста отличает не только высокопрофессиональное исполнение, но и виртуозная техника, какой среди участников его группы больше не было ни у кого. После серии гала-концертов Бахтияр наконец вернулся на родину.

Бахтияр, расскажите, как вы относитесь к новой награде?

— Для меня награда, полученная в Корее, — еще одно доказательство того, что долгий и упорный труд никогда не остается без благодарности. Эта благодарность всегда находит те или иные формы. В этот раз она пришла ко мне в виде золотой медали и стала еще одним новым стимулом для дальнейшей работы на благо родины, отечественной культуры, казахстанского балетного искусства, на благо театра.

Для настоящего артиста приз — это материальный эквивалент мнения профессионалов, не так ли?

— Председателем жюри конкурса была Брижит Лефевр — в прошлом многолетний руководитель балетной труппы Парижской национальной оперы. Возможно, вы видели ее в жюри телепроекта «Большая опера» российского канала «Культура». На фуршете после награждения она подошла ко мне и сказала, что, смотря мои выступления, она видела большого профессионала, правильно сочетающего работу над образом с техникой исполнения танца.

А какую программу вы представляли на конкурсе?

— Правила требовали исполнения пяти вариаций, но из-за большого количества участников программу выступлений сократили. В итоге я представлял три вариации и один номер современной хореографии. В первом туре исполнил вариацию Филиппа из балета «Пламя Парижа» и специально созданный для меня номер «В пробуждении» (In the wake) в постановке известного китайского хореографа Исяна Чжана. А во втором туре повторял Филиппа, после чего исполнил вариацию Солора из «Баядерки» и вариацию адмирала Актеона из балета «Эсмеральда».

Вам удалось познакомиться с корейской балетной школой? Правда ли, что она так сильна, как говорят?

— Да, кое-какое знакомство произошло: я ходил заниматься в одно из учебных заведений, когда готовился к выступлениям. Корейская школа балета очень сильна. Как и всякое искусство Восточной Азии, она требует максимально возможной техники.

Спросите хоть танцора, хоть скрипача, каждый скажет, что главное для него — техника, залог которой в невероятном трудолюбии и самоотдаче. Мне кажется, что многое из того, что сегодня демонстрируется искусством Запада, зарождается в Корее, Японии, Китае.

Кто-то помогал вам готовиться к выступлениям? От кого шла поддержка и вдохновение?

— Наверное, всю самую нужную базу в меня заложил еще в училище мой педагог — Ахмет Галиевич Буркитбаев. Я до сих пор работаю с этой базой и развиваю ее. А поддержка и вдохновение прежде всего шли от моей семьи, от коллег по театру. Очень много времени и сил мне отдал директор нашей балетной труппы Турсынбек Абдыбаевич Нуркалиев, который, жертвуя своим отпуском, приходил и репетировал со мной, делал замечания, объяснял тонкости конкурсных выступлений. Давал напутствия.

Судя по вашему резюме, вы конкурсант уже бывалый. Вас привлекает дух борьбы, соревнования?

— Я бы не назвал себя заядлым конкурсантом. На самом деле в последний раз я выезжал два года назад, а потом пошли выступления и гастроли, за время которых я многие конкурсы пропустил. Просто этим летом образовалось небольшое окно: я съездил на конкурс в Турцию, где получил Гран-при, вернулся и через две недели улетел в Корею.

Танцоры, хореографы с мировыми именами когда-нибудь становились вашими кумирами?

— Было и есть множество людей, артистов, на опыте которых хочется учиться, брать из него то лучшее, что тебе подходит. Ну для какого начинающего артиста, скажем, будет пустым звуком имя Михаила Барышникова, например? Есть непревзойденные мастера, их много, они вдохновляют. Но вот какого-то одного кумира у меня никогда не было. И сейчас нет.

Расскажите, Бахтияр, как вы оказались в балете?

— Все довольно просто. Я был ребенком. А мама с папой увидели объявление о том, что хореографическое училище ведет набор детей, и отвезли меня туда. Я показался, прошел отбор и с 2003 года в балете!

Помните, какими были первые трудности, с которыми вы столкнулись?

— Если честно, я не помню этих самых трудностей. Помню, как нас поселили в интернате, там было довольно весело, были друзья. Я, конечно, скучал по родителям, по дому, но постоянная занятость не давала на этом зациклиться. Помню, как все мы бегали в белых маечках и носочках. Сначала я не понимал толком, куда попал и что такое балет. Мне говорили делать — я делал. Давали задания — я выполнял. Осознание пришло позже.

О чем вы мечтали тогда, после осознания?

— Сначала никакой четкой выраженной мечты не было. Хотел быть первым, старательно делал то, что говорили учителя. Стремился всегда демонстрировать максимальную отдачу. А вот уже после осознания себя всерьез хотелось добиться многого в балете, стать ведущим солистом.

Сейчас у вас отпуск, но вы ездите на конкурсы, продолжаете работать. Что репетировали в конце сезона?

— Репетировал партию Квазимодо из спектакля Ролана Пети «Собор Парижской Богоматери». Новый сезон начнется с этих же репетиций. Плюс работа над ролями текущего репертуара и подготовка к еще одному конкурсу осенью.

Какие партии у вас любимые и чем они вас привлекают?

— В «Астана Опера» я танцую множество разных партий, и каждая из них мне по-своему близка и дорога, но, наверное, если говорить о самых-самых, то здесь, пожалуй, назову партию Спартака из одноименного балета в постановке Григоровича. С самого детства, с того момента, как я начал понимать балет, мне хотелось танцевать именно эту партию. А в «Астана Опера» она стала еще и моим первым выходом в качестве ведущего солиста. Партия Спартака очень близка мне и по духу, и по рисунку танца.

В театре вы танцуете Шута, Бенволио, Базиля. Эти роли требуют от вас чего-то особенного?

— Эти роли я танцевал еще будучи артистом кордебалета, они одни из моих первых ролей. Если вернуться к Спартаку, то он требует глубины, гаммы эмоций. Нужно показывать и его мудрость, и героику, и трагедию. А в этих ролях, легких на первый взгляд, с одной стороны, можно просто радоваться процессу, с другой — нужно обладать известной долей чувства юмора и никогда не забывать про мимику.

А нелюбимые спектакли есть? Или таких ролей, которые не хотелось бы танцевать, для вас не существует?

— Знаете, моя карьера не так длинна, чтобы в ней даже теоретически могло бы найтись место для чего-то подобного. Я никогда не отказываюсь ни от каких партий.

Как вы готовитесь к выбранным ролям? Чем руководствуетесь?

— Прежде всего я готовлюсь физически. Гоняю себя, сколько есть силы. Зрители не должны видеть, что ты устал, что тебе тяжело. Они пришли получить удовольствие. Только когда я чувствую, что физически полностью готов к спектаклю, я приступаю к работе над образом своего героя. Образ должен увлекать зрителя, он должен проникнуться им и сопереживать ему на протяжении всей постановки. Если зритель выйдет впечатленный увиденным и тем, как легко и изящно все было сделано, то это будет самой большой радостью для любого артиста. И я не исключение. Я руководствуюсь именно этими мыслями, когда готовлюсь.

Бахтияр, а как насчет собственного стиля исполнения: вы еще в поиске или какие-то очертания у него уже есть?

— Если честно, то я об этом совершенно не задумываюсь. Я танцую то, что мне доверяют танцевать, стараюсь делать это хорошо, но я не наблюдаю за собой со стороны. Иногда ко мне подходят люди и говорят, например, что я универсальный танцор, что могу исполнять что угодно. Возможно, за этим кроется стиль или что-то вроде того, но я этого не знаю. Это решать не мне.

Вы сказали, что гоняете себя по полной, готовясь к роли, а это, надо полагать, немалые физические нагрузки. Что помогает вам выдерживать их?

— Скажу так: если балет и не сложнее профессионального спорта, то уж точно не проще и не легче. И чтобы после репетиций идти еще и в спортзал — нужно просто не любить и не жалеть свой организм. Я стараюсь правильно распределять нагрузки, таким образом, чтобы после одной интенсивной репетиции не пришлось месяц просто ходить в класс и ничего не делать. Лучше работать планомерно и каждый день, давая телу возможность всегда находиться в максимальной готовности, чем устраивать ему шок и рисковать им.

Тяжело ли поддерживать диету, правильно питаться? Это ведь тоже немаловажный фактор?

— Еще не встречал артиста балета, который бы питался светом и воздухом! Дома мы иногда бесбармачим, как и все. Ну разве что девушки на ночь салаты едят. Когда-то я действительно придерживался диет, но в какой-то момент устал. Так что сегодня за этим следит моя жена. Она очень вкусно готовит, но при этом бдит, чтобы я ел только то, что нужно и можно, правильно питался, одним словом. Всегда все свежее, все здоровое. Я уже так избаловался, что каждый день у меня новое блюдо на столе. Так что за режим питания я больше не переживаю и поправиться не боюсь!

Вы чувствуете связь с нашими спортсменами-олимпийцами? Вы ведь тоже за страну сейчас выступали.

— По-моему, наши олимпийцы — золотые люди. Я чувствую, что благодаря им в нашей стране растет волна победного настроения. Я радуюсь каждой медали и искренне счастлив, если и мои победы тоже поддерживают эту общенациональную волну.

А чем вы обычно занимаетесь, когда не трудитесь в театре, в свой выходной, например?

— Прежде всего я делаю то, что не успеваю в будние дни, — я высыпаюсь! А уже потом работа по дому, прогулки с семьей и все остальное.

Какой стимул движет вами как артистом сегодня?

— Роль, которую мечтал станцевать, я станцевал. Это Спартак. Теперь есть мечта исполнить эту партию там, где она зарождалась, — на сцене Большого театра. Хочется показать, на что способен наш балет, и получить наслаждение от той исторической сцены, зарядиться ее энергией.


Инфодосье:

Бахтияр Адамжан. Ведущий солист театра оперы и балета «Астана Опера».

Окончил Алматинское хореографическое училище им. А. Селезнева.

С 2011 по 2013 год — солист ГАТОБ им. Абая.

С 2013 года — солист ГТОБ «Астана Опера».

Награды:

— лауреат ІІ премии VII Международного конкурса хореографических училищ Сибири (Новосибирск, 2008);

— дипломант Международного конкурса KIBC (Южная Корея, 2009);

— лауреат І премии Международного конкурса артистов балета «Орлеу» (2010);

— обладатель стипендии Первого Президента РК Н. Назарбаева (2010—2011);

— лауреат І премии Международного фестиваля творческой молодежи «Шабыт» (2012);

— лауреат II премии Международного конкурса артистов балета «Гран-при Сибири» (Красноярск, 2014);

— обладатель Гран-при V Международного конкурса артистов балета (Стамбул, 2016).

Репертуар:

— Спартак («Спартак» А. Хачатуряна);

— Щелкунчик-принц («Щелкунчик» П. Чайковского);

— Бенволио («Ромео и Джульетта» С. Прокофьева);

— Шут («Лебединое озеро» П. Чайковского);

— Базиль («Дон Кихот» Л. Минкуса);

— Солор («Баядерка» Л. Минкуса);

— Нурали («Бахчисарайский фонтан» Б. Асафьева).



22.08.2016 796
Еще материалы:
Оставить комментарий
CAPTCHA