03 декабря Суббота2:01
Астана
°C
Текущий номер
№ 46 Пятница
25.11.2016 г.
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях
Спасибо, я уже в группе

Тихая Иордания (Окончание. Начало в № 30 за 5 августа)

Тихая Иордания (Окончание. Начало в № 30 за 5 августа). 
Если однажды судьба приведет вас в Иорданию, то побережья Мертвого моря вы уж никак не минуете. А если окажетесь там, то, отправляясь на юг страны, к Красному морю, через 35—40 минут попадете в невероятной красоты долину, которую по достоинству оценили еще древние римляне и царь Ирод Великий. Говорят даже, что он построил себе там дворец, куда после трудов праведных и неправедных часто приезжал, чтобы залечить раны физические и душевные.
 Фото: tonkosti.ru
Если однажды судьба приведет вас в Иорданию, то побережья Мертвого моря вы уж никак не минуете. А если окажетесь там, то, отправляясь на юг страны, к Красному морю, через 35—40 минут попадете в невероятной красоты долину, которую по достоинству оценили еще древние римляне и царь Ирод Великий. Говорят даже, что он построил себе там дворец, куда после трудов праведных и неправедных часто приезжал, чтобы залечить раны физические и душевные.
Горячие водопады Хаммамат Маин
Сама горная дорога — отдельное приключение. Она довольно узка и удивительно извилиста. Уже при первом же повороте вы увидите вверху, над собой, конечную цель вашего путешествия: несколько построек, сгрудившихся на небольшом ровном плато. Но вот машина поворачивает чуть вправо, и по одну сторону от вас высятся почти вертикально горы, а по другую открывается распахнутый зев пропасти, смотреть в который даже из-за стекла машины жутковато. За следующим поворотом то, что совсем недавно вы видели вверху, оказывается ниже вас. И на протяжении всего пути вы продолжаете играть в прятки с солнцем, которое выныривает из-за гор то справа, то слева, то впереди, а то и позади.
Потом дорога постепенно становится шире. И вот плавно спускается к просторной парковке.
Выйдя из машины, вы совсем скоро оказываетесь на ровной, довольно большой по размеру площадке, обрывающейся в глубокий узкий каньон, по дну которого спешит к Мертвому морю шумная горная река. И видно, что там, справа, вдали с гигантской высоты в реку низвергается белоснежный от пены и брызг водопад, а слева утопает в пышной зелени замок с зубчатыми башенками на стенах. И знаешь, что это один из дорогих спа-отелей, но хочется верить в то, что это действительно замок, на террасах которого смуглый властелин этих диковинных мест возлежит на коврах и подушках и, вкушая шербет, смотрит зелеными глазами в вечность, размышляя о судьбах мира и народов…
С вертикально вздымающейся ввысь скалы, с высоты примерно в 30 метров, в базальтовые чаши трех бассейнов, расположившихся каскадом у подножия, низвергаются струи воды. И струи эти уже не пенятся, а будто бы стремятся к земле, каждая по отдельности, словно пучок веревок и канатов разной толщины.
Справа же и слева от главного потока примерно на одной высоте, но чуть ниже центрального источника ниспадают на землю водопады поменьше. Если бы подобное зрелище я увидел в кино, то непременно решил бы, что это, конечно же, декорация, за которую художник фильма никогда не получит «Оскара»: уж слишком правильно и симметрично все. Но когда понимаешь, что автор сего шедевра — сам Творец, то просто уже ни о чем не думаешь, а замираешь от восторга перед грандиозным величием…
На глубине примерно в 1200 метров вода в недрах земли вбирает в себя многочисленные минеральные вещества и разогревается почти до точки кипения. Когда же поток выстреливает на поверхность, то температура его равна +64 градусам по Цельсию. Земли же достигают пятидесятиградусные струи.
Робко входишь в воды первого из бассейнов. А робко потому, что горячо. Но к теплу воды быстро привыкаешь, когда вокруг тебя воздух разогрет до +45.
Потом же осмеливаешься встать под струи главного водопада. Там, на верхушке горы, рядом с горячими источниками бьют и ледяные. И в полете струи не успевают смешиваться. На тело падает то горячая, то ледяная вода… горячей все же больше. По плечам, шее, голове колотят мягкие водяные молоты, и в этот момент ты, кроме удивительной звонкой чистоты, ничего не чувствуешь. А вот когда выходишь из-под этой грандиозной водяной лавины, то чувствуешь что душа, ум и тело счастливы и не больны одинаково. Когда говорить и думать хочется только о прекрасном и добром. Когда кажется, что нет на земле страдания и порока, а люди все светлы и прекрасны.
И вот эйфория первого восторга проходит, в тебе просыпается дух исследователя. И ты отправляешься за водопад. Сквозь кристальные струи мир вокруг кажется еще более дорогим твоему сердцу и гармоничным…
А справа — грот с арочным входом, ровно посредине разделенным естественной базальтовой колонной. Устремляешься туда, но едва только ступаешь под сень его, как тут же отпрыгиваешь назад. Вода, которой залит пол грота сантиметров на десять, нестерпимо горяча. А там, внутри, со сводов и стен капает и капает жаркая вода и пар стоит вокруг, как в турецкомхамаме. А в центре небольшой этой пещеры, прижавшись к стене, высится небольшой «очаг», из которого и низвергается поток кипятка. Сам же источник ярко раскрашен: он напоминает картинку в книжке-раскраске, которую от души размалевал трехлетний малыш. У самого жерла — ярко-красный, затем какие-то желтые пятна, а выше — синие, зеленые и розовые. Невероятно, но человек не имеет к этой бьющей по глазам красоте никакого отношения.
…Устав от воды и ярких красок вокруг, бреду к небольшому кафе, задней стеной которого стала скала. Тамошний хозяин варит вкуснейший кофе с корицей в джезве, которую по всем правила погружает в раскаленный песок жаровни. Вдыхаю аромат и пью густой напиток, а сам снова глазами возвращаюсь к великолепному водопаду, чтобы еще и еще раз запомнить каждую мелочь и то блаженство, которое испытал под его струями.
Вдруг слышу сзади хорошую, русскую речь. Это хозяин кафе (оказывается, когда-то, теперь уже слишком давно, он учился в Астрахани) заговорил со мной: «А знаете, сэр, 2016 лет назад этот водопад обрушивался на землю единым потоком. Но когда на небе возгорелась Вифлеемская звезда, когда ваш Иисус пришел в мир, поток разделился на три. Мы думаем, что это христианство, иудаизм и мусульманство, которые, посмотрите, там, внизу, становятся единой рекой, бегущей к Мертвому морю…»

Священный Иордан
Так и не удалось мне до встречи со святым для всех христиан местом узнать о происхождении названия этой реки, так часто упоминаемой в Ветхом Завете. Многочисленные исследователи называют разные языки — источники этого слова. Кто-то даже считает, что общий корень «дан» связывает Иордан с Дунаем.
Как бы то ни было, это далеко не самая крупная водная артерия мира. Длина реки около 250 километров. Выше по течению, ближе к истокам, ширина ее доходит даже до сорока метров, но в том месте, куда отправляюсь сегодня я, где крестили Иисуса Христа, она всего лишь восемь метров. Не зря, наверное, кое-кто из лингвистов переводит слово «Иордан» просто как «канава».
В этот день был обычный иорданский рассвет, когда небо просто светлело, и вдруг неожиданно на нем появилось солнце, которое с каждой минутой раскаляло воздух окрест все больше и больше.
Я не считаю себя очень религиозным человеком, но признаюсь, что, когда проезжали мимо места, откуда Христос на огненной колеснице вознесся на небеса, сердце трепетно сжималось от жары ли или от осознания того, что земля, видевшая Бога, сейчас принимает и меня в свои жаркие объятия.
Прямо возле автобусной парковки — небольшая, больше похожая на деревянный сарайчик лавочка, где торгуют всякой церковной утварью и религиозными сувенирами. Причем торгуют арабы. Бизнес есть бизнес.
Покупаю белую крестильную рубаху до пят и, прижимая ее к груди, как драгоценность, иду под дощатым навесом по узкой аллее, обсаженной чахлыми оливами, к берегу.
Пришли, вижу, что на самом берегу Иордана, в метрах всего-то пятидесяти, стоит православный греческий храм с круглыми куполами, в котором никого нет и куда может зайти любой желающий. А чуть поодаль виднеются купола-луковки, которые каждый православный всегда узнает.
Ученые-книжники утверждают, что в течение своей многовековой истории Иордан неоднократно менял свое русло. Точное место крещения Христа доподлинно не известно, но израильтяне согласны с тем, что происходило это на восточном (иорданском) берегу реки. Так вот, есть мнение, что русский православный храм стоит сейчас именно на том месте, где и была купель Иисуса Христа. Очень хочется верить, что это действительно так.
Сегодня место купели обозначено буйками и веревкой как некий прямоугольник примерно три на десять метров, и к нему ведут деревянные ступени под навесом. С израильской стороны — примерно такой же прямоугольник, но смещенный чуть левее. Да и постройки на том берегу побогаче: мраморные стены нескольких невысоких строений и мраморные же ступени, ведущие к купели.
Между иорданской и израильской купелями около метра нейтральной воды, глядя на которую думаешь, что мы, люди, все же очень тщеславные существа.
Позднее крещение
В крошечной дощатой раздевалке надеваю на себя крестильную рубаху и иду к воде. Вхожу в Святую реку…
Вода в ней мутная, почти зеленоватая, но при этом чистая. Мне при росте 178 сантиметров — чуть выше пояса. Ноги на дне погружаются в мягкую подстилку. Понимаю, что это не песок и не ил. Пробую воду на вкус. Она солоновата. Но солоноватость эта не морская, а скорее глиняная. Когда-то мне доводилось пить воду из колодца, вырытого в казахстанской полупустыне, потому помню этот вкус — вкус бентонитовой глины, ослепительно белой, когда она высыхает…
Троекратно погружаюсь в воду с головой, крещусь после каждого погружения и прошу Бога, чтобы не оставил без внимания и мои мизерные проблемы: прошу здоровья для близких мне людей, особенно для мамы, которой сейчас 84, прошу счастья и свободы. Свободы для того, чтобы увидеть мир вокруг, людей, в нем живущих, и быть счастливым от встреч с ними. Прошу Его простить меня за все, в чем был неправ, особенно за то, когда неправоту свою даже не заметил. Прошу, чтобы Господь не лишил меня памяти, чтобы дал возможность в деталях запомнить все, что сейчас со мною происходит, чтобы людям об этом рассказать…
Возможно, я ошибаюсь. Возможно, что все это — самовнушение, но говорю вам честно и искренно: это был один из счастливейших моментов моей жизни…
А рубаху ту, крестильную, в которой погружался в священные воды Иордана, свернул в тугой комок и плотно упаковал в полиэтиленовый пакет. И в еще один.
Только бы довезти. Только бы не высохла. Ведь мне еще быть в Иордании четыре дня!
…Когда вернулся домой, то сразу же поехал к маме, чтобы отдать драгоценный подарок. Вышел из комнаты, пока она переодевалась. Жду. Что-то тихо у нее, долго уже. Захожу. Стоит мама моя посреди комнаты в крестильной рубахе, раскинув, как белый крест, руки в стороны. А с рубахи, мокрой, хоть выжимай, течет на пол вода, иорданская святая вода. И плачет моя старенькая мама, плачет от счастья. Никогда не бывала она за границей, но дал Господь хоть на склоне лет принять вот такое крещение…


15.08.2016 744
Еще материалы:
Оставить комментарий
CAPTCHA